Снифф весь вспыхнул и вскинул голову. Все сказали что хотели? Но дозорный видел свет. У меня вдруг возникло жуткое подозрение. Разбудили меня шаги. И полетел прочь. Сейчас я оглашу приговор. Ну как вы там все готовы? Вот тут мне стало страшно понастоящему. Только совсемсовсем маленькие. Мы должны запереть на ночь все двери! Что бы вы в такой ситуации сделали?

Глупые старые крысы не могли войти с парадного входа! Солнышко еще гдето далеко. Они проснулись. Стало быть у нас прибавится постояльцев. Я буду лететь очень быстро. Лежал наверное очень долго. Странное это дело бродить во тьме. Тот кивнул. Чемодан лежал с ними рядом. Он захлопнул крышку погреба и побежал на кухню.

Потом час. Здесь нет никого. Чемодан они повсюду таскали с собой. Тофсла тихо вздохнул. В этомто и заключался весь ужас. Ящик безмолвствовал. Минут десять я ревел уткнувшись в густую мягкую траву. Я невольно улыбнулся. Всякой вещи достойный хозяин! И от этих медленных тяжелых голосов меня пробила дрожь. Снорк захлопнул дверь и встряхнулся.

Помогло это плохо. Под кустами сирени водворилась глубокая тишина. И я увидел как во мраке разворачивается тьма. Либо дурость. Слово свидетелям! Снорк живо заинтересовался. Я должен подумать. Только быстро а то передумаю. Снорк застучал по ящику. Только сумку для верности спрячь пожалуйста под подушку. Я замер боясь шевельнуться.

А ну примолкните! Каждый должен находиться в состоянии немедленной боевой готовности. А по плечам разгуливал прохладный ветерок. Всякому было видно что это судья. Ручеек пара деревьев и несколько валунов. Так что же отнять у нее все? В нескольких метрах от меня идущие встретились. Никто и не подумал напасть на нее.

Нагнувшись я жадно пил холодную чистую воду. Раньше я и не подозревал как выматывает полное безделье. Подождем немно. Ну я пошел. Кто вы такие? Снорк заколотил по ящику. Откроем дверь и готово. Это перед рассветом всегда становится темно и холодно. Ждать или лететь. Рад вас видеть!

И вдруг понял почему возмутился этим предложением. Только по всем правилам. Мне страшно. Шаги приближались сразу с двух сторон. Дождемся рассвета и вернемся домой. Земля где она сидела замерзла. На самомто деле я во всем виноват. Сразу вернулся страх. Я наверное стал бояться темноты. Я обиделся и не стал переспрашивать. Но они мирно спали.

Часы пробили двенадцать. И. что если он не прилетит? Сто метров на двести не больше. Теряется и расстояние и время. Делать было совершенно нечего. Здесь же и естьто нечего! А закон есть закон. Здесь низкие скалы. Это плохо. А потом снова заснул. Жаль только ничего не увидели. Как ни странно это меня капельку согрело. Кто это?

Все просто как апельсин. Он понял. Только на столе в гостиной одиноко горела керосиновая лампа. Снорк покивал головой и нахмурился. Такими они родились и не могут иначе. Что имеет сказать защитник?